Катя, «дон’т сэй гудбай»

1042

Жительница Сан-Франциско и штатный журналист издания «Grantland» Кэти Бейкер (Katie Baker) побывала в Уфе в рамках молодежного чемпионата мира по хоккею. 10 января 2013 г. вышла ее статья по итогам поездки. Перевод статьи от инопроспорта в конце нашего материала.

Стараясь быть оригинальной, Кэти с любовью рассказывает о нашем городе. Но рассказать кроме мелких подробностей и впечатлений ей нечего, поэтому пробелы она усиленно заполняет упоминаниями про Сочи, про Сайберию (ух, Уфа ведь в Сибири, как почти все наши города), рассказами про русских хоккеистов из НХЛ и прочим общепонятным для северо-американцев посылами.

Конкретного про Уфу в статье очень мало, литературно-спортивные зарисовки о России Кэти предпочла взять в основном «из закромов памяти». По этой причине перевода ее текста здесь не будет.

Но в отличие от Кевина МакГрэна она знает по-русски «До свидания», как мы хорошо видим из заголовка. Возникает вопрос, поняли ли ее соотечественники?

– 324 фейсбуковских лайка под текстом нам косвенно свидетельствуют, что вполне.

В любом случае, перед нами не журналист-классификатор из «Торонто Сан», здесь молодая женщина, которой судя по всему легче было понять нашу культуру. Возможно, благодаря Достоевскому, письмо которого она цитирует в статье. Достоевский снова стал мостиком, теперь между Уфой и Сан-Франциско… А может это судьба?

«I loved Russia so much more than I imagined I would». Посмотрите на ее фотографии из твитера – это же типичная уфимская женщина. Как гармонично она вписывается со своей сумкой в антураж ледового городка, как радуется бесплатному вай-фаю и платной лошадке-пони. Это однозначно наш человек.

За короткое время пребывания в нашем городе сама она это понять конечно ещё не успела…


Как и обещали, приводим перевод:

«Do svidaniya, Ufa»: Заметки американской журналистки о России

В российском городе Уфа было около 3-х часов ночи, когда я сидела на кровати своего номера в отеле, похожего на комнату в общежитии, и рассказывала по чату своему другу, как у меня дела.

Я приземлилась около часа назад, без всяких проблем забрала багаж и добралась до отеля на такси. Непредвиденный восторг. Перелет прошел нормально. Самолет одной из украинских авиалиний, доставивший меня из Москвы в Уфу, взлетал и садился в условиях такого сильного снегопада, который наверняка стал бы причиной задержки абсолютно всех рейсов в аэропорту имени Джона Кеннеди. За время полета я успела посмотреть почти весь первый сезон «Аббатства Даунтаун», а в аэропорту Франкфурта купила невероятно вкусные мучные крендели. В такси по дороге в отель по радио играл русский ремикс песни «Die Young» в исполнении певицы Ke$ha.

Водитель такси встречал меня в аэропорту с написанной от руки табличкой, на которой было начертано KETYBEYKER, и был совершенно сбит с толку, когда я попросила его подарить мне ее. Проблема была в том, что мне удалось забрать ее только после того, как я несколько раз с энтузиазмом указывала на нее и затем на себя. После этого я просто взяла ее у него из рук с большой улыбкой и кивком головы.

«Я только что открыла окно, потому что у меня в комнате тысяча градусов тепла, – написала я другу. – Пахнет чем-то паленым. Я люблю Россию».

Вид из моего окна, по большей части, открывался на задние фасады зданий и гаражей при этих зданиях, покрытых сугробами снега. В нескольких кварталах откуда-то шел дым, свет горел в одном или двух окнах прилегавших домов. Освещенная улица мерцала зеленоватым румянцем, но в помутненном небе преобладал оранжевый цвет. На душе было приятно. Мне было уютнее, чем я ожидала. Запах паленого становился сильнее.

Вдруг откуда-то из-под журнального столика раздался хлопок. Преобразователь напряжения! И вот я сижу за своим ноутбуком и шучу с другом по поводу того, как трогательно и аутентично то, что какой-то местный житель жжет мусор в подворотне для того, чтобы согреться (при этом наверняка пританцовывая), в то время как на самом деле тлеют внутренности моего мудреного электроприбора. Я считала, что цивилизованно подготовилась к путешествию, на деле же оказалась неумехой.

Я схватила прибор, как гранату, которая вот-вот взорвется, вынула его из розетки, отбросила в сторону и отпрыгнула назад. Волнуясь, что электроприбор может причинить вред темно-зеленому ковру, я использовала свою майку в качестве перчатки и положила горячий пластиковый переходник возле открытого окна, где он продолжил медленно дотлевать.

Этой зимой хоккеист «Торонто Мэйпл Лифс» Джоффри Лупул провел 9 игр в составе «Автомобилиста» из Екатеринбурга, команды, выступающей в Континентальной Хоккейной Лиге. После месяца в составе российской команды он вернулся в Торонто, чтобы лениво тренироваться и надеяться на скорое окончание локаута в НХЛ. В своем блоге он написал, что «медовый месяц закончился», когда он столкнулся с проблемами повседневной жизни в другой стране. И в то время как в его дневнике, по большей части, преобладал шутливый тон, о некоторых вещах он рассуждал вполне серьезно. Вот, например, что он написал о ситуации, возникшей в начале его карьеры:

«Небольшая история по поводу. В свое первое выездное турне в НХЛ нам предстояло посетить Даллас, Нэшвилл и еще один город (6 или 7-дневное турне). Я провел несколько часов, упаковывая чемодан и не имея представления, что конкретно нужно взять с собой. Я был на грани нервного срыва. Я приехал в аэропорт и встретил там Станислава Чистова и Алексея Смирнова (двух новичков, выбранных в первом раунде драфта), которые взяли с собой лишь принадлежности для бритья. Наверное, они понятия не имели, что путешествие продлится 6 дней. Они недостаточно хорошо говорили по-английски и/или не обладали уверенностью для того, чтобы спросить у кого-нибудь. Реакцию парней из команды на это, в целом, можно описать словами: «Что за пара тупиц!». По пути в Даллас над ними подшучивали, и по прибытии им пришлось идти и покупать себе необходимые вещи на неделю.

Оба эти новичка, за которых велась борьба между клубами, уже уехали из НХЛ. И случилось так не потому, что они не умеют играть в хоккей. Они были неимоверно одаренными. Но через 3 года они уже были никому не нужны. Они просто не смогли приспособиться к другому миру в 19 лет. Сейчас я понимаю, почему».

Мы считаем, что иностранцы, приезжающие играть в США, должны быть шокированы и испытывать трепет перед нашими финансовыми возможностями, нашими огромными зданиями. Но на самом деле все это, наверное, кажется им таким же диким, как и их родные города кажутся нам с первого взгляда.

В своей книге «Прорыв. Из Железного занавеса в НХЛ. Неизвестные истории больших побегов в истории хоккея», Тал Пинчевски рассказывает часто ужасные истории о хоккеистах, начиная от братьев Штястны и заканчивая Александром Могильным, которые рисковали своими жизнями (часто преследуемые агентами КГБ), чтобы в разгар «холодной войны» сбежать в Северную Америку, в НХЛ.

Один из них, чехословак Давид Волек, дезертировал в «Нью-Йорк Айлендерс» со своей будущей женой Элис. Но им пришлось нелегко на первых порах. Пинчевски пишет, что когда «Элис впервые пришла в продуктовый магазин, она увидела раскинувшиеся ряды продуктов и мигом из него вышла, посчитав, что ей нужно разрешение правительства, чтобы делать покупки в этом магазине». Однажды, когда она в одиночестве проводила время в пустом огромном доме, она «случайно привела в действие сигнализацию и не смогла объясниться с полицией, которая приехала на помощь».

Я могу понять этих людей.

К житейской мудрости о том, что каждый в своей жизни должен попробовать поработать в ресторане, можно добавить еще одну: каждый должен на своей шкуре испытать, что значит попасть в то неловкое положение, когда ловишь на себе соболезнующие взгляды, пытаясь заказать еду в «МакДональдс».

Ты стоишь в небольшой очереди, и, когда подходит твой черед, ты спрашиваешь: «English?», и тотчас на тебя искоса устремляются несколько пар глаз. Тебе дают огромное ламинированное меню с огромными картинками, которое больше похоже на детский учебник. Ты поднимаешь глаза, чтобы сделать заказ, и перед тобой за прилавком появляется приятная девушка в восхитительной меховой жилетке.

Ты с ней, наверное, примерно одного возраста, но она смотрит на тебя с добрым снисхождением, будто ты 6-летний ребенок, трущий глаза и протестующий против того, что тебя кладут спать. Ты не можешь тыкать в иллюстрированное меню напротив этой девушки, как необразованный дикарь! Ну не можешь ты этого сделать! Ты ретируешься к столику.

Это всего лишь твой второй день здесь, осталось еще 3, но ты уже точно знаешь, что в «МакДональдс» ходить не стоило. Нужно было пойти в то кафе в юрте, которое я заметила вчера, да и там нужно было бы проявить себя с лучшей стороны и заставить себя сделать заказ на русском. Песня в стиле кантри доносится с колонок, свисающих под потолком. Внутрь с холода то и дело вбегают мамы с детишками, которые выглядят как колобки в меховых капюшонах и зимних комбинезонах. Ты одеваешь наушники. Сквозь звук музыки пробивается голос женщины, произносящей звуки из незнакомой кириллицы: «Макчикен»…

 

· ·


Статьи и комменты

Оставить коммент

Ваш e-mail не будет опубликован.

Популярные запросы

UrbanБайрам ФК Уфа Ялалов бизнес блогеры вело всемирные игры канадцы книга концерт мди мчм об Уфе рейтинги умпо уфа-арена фестиваль хоккей чемпионат в Уфе экскурсия
Яндекс.Метрика